Мари-Элен Леріссі: Я имею особую нежность к Украине

Марі-Елен Леріссі: Я маю особливу ніжність до України

Накануне закрытия замечательного мероприятия под названием «Чілдрен Кинофест», который проходил в 10 городах Украины от 29 мая до 7 июня 2015 года, корреспондент портала kino-teatr.ua встретился в столичном Fairmont Grand Hotel с Мари-Элен Леріссі, внучкой выдающегося француза Жоржа Мельеса. Госпожа Леріссі приехала в Киев, чтобы вручить главный приз победителю конкурса детских любительских фильмов «Снимай как Мельес». Но в ходе беседы были подняты не только (и не столько) вопросы, касающиеся этого конкурса.

КТ. – Если не ошибаюсь, вы в Украине уже в третий раз?

    МЕЛ. – В четвертый раз. Впервые я приехала в вашу страну очень давно, еще лет 15 назад, на студенческий фестиваль. Потом я приезжала на Одесский фестиваль, после которого совершила целое турне по вашей стране, и еще я приезжала в Кривой Рог, чтобы представить фильмы моего деда.

КТ. – А почему вы так часто посещаете нашу страну? Вы испытываете к ней какие-то особые чувства?

    МЕЛ. – Во-первых, хочу отметить, что я приезжаю только по приглашению, я не пытаюсь продавать себя (смеется), но я испытываю особую нежность к Украине, потому что здесь я пережила ощущения, которые очень взволновали меня. По стечению определенных обстоятельств, которые не имели никакого отношения к фильмам Мельеса, я организовала приезд в Париж детского джазового ансамбля из Кривого Рога, который дал во Франции 23 концерты. Дети были из школы №10 Кривого Рога, со многими из которых я до сих пор поддерживаю отношения. И я не хотела, чтобы история закончилась просто так, и я выделила 4 гранты на обучение этих детей в Киевский консерватории, ведь в них не было на это средств. И был вознагражден за эти усилия, ведь среди них был очень талантливый трубач Денис Аду, которого я считаю своим украинским духовным сыном.

Марі-Елен Леріссі: Я маю особливу ніжність до України

КТ. – А когда это происходило?

    МЕЛ. – 2002-го.

КТ. – Спрашивать о том, какой из визитов в Украину был для вас самым памятным, нет смысла: вы уже ответили на этот вопрос.

    МЕЛ. – Да, это был тот приезд до Кривого Рога. Тогда, стоя перед аудиторией, которая состояла из детей, их родителей, бабушек и дедушек, я объявила, что приглашаю их джаз-ансамбль Франции, и в ответ услышала крик счастья, что шел от самого сердца. И он до сих пор стоит у меня в ушах. Это было невероятно. Но это никак не связано с Мельєсом.

КТ. – А из тех ваших визитов, которые были связаны с Мельесом, который вам запомнился больше всего?

    МЕЛ. – Турне по украине после Одесского фестиваля. Нам посчастливилось посетить 7 украинских городов. Я побывала в Донецке, Харькове, Днепропетровске. У меня была возможность увидеть эти города фактически накануне нынешних событий (визит состоялся в июле 2011 года – ред.) И для меня это было важно, ведь я смогла почувствовать, что есть разница между восточной и западной Украиной. Это было на уровне ощущений, но мне было очень и очень интересно. И поэтому мое видение нынешней ситуации, наверное, несколько отличается от представлений об Украине среднестатистического француза. К тому же мы (как правило госпожа Леріссі ездит вместе со своим сыном, пианистом Лораном Леріссі, который обеспечивает живое музыкальное сопровождение спектаклей с фильмов Мельеса) приезжали работать, а не как туристы, а значит, и встречали других людей.

КТ. – На этот раз вас пригласили в Украину, чтобы вручить приз победителю детского конкурса «Снимай как Мельес». Вы видели уже все фильмы конкурса?

    МЕЛ. – Да.

КТ. – Я не спрашиваю, кто победил (беседа имела место до церемонии награждения – ред.), но хотел бы узнать ваше мнение относительно общего уровня предложенных фильмов.

    МЕЛ. – Сначала было отобрано 25 фильмов, но в конкурсе приняли участие только 10 лучших, которые я и пересмотрела. Среди них есть фильмы, которые являются интерпретацией фильмов Мельеса, есть и самостоятельные фильмы. Но вообще это очень забавно. И качество их на достойном уровне, но один из них гораздо лучше остальных. И он полностью соответствует по духу творчества Мельеса. И как только я его увидела, я поняла, что победит именно он.

КТ. – А их снято на мобильные телефоны?

    МЕЛ. – По-разному: и на телефоны, и на камеры.

КТ. – Но в любом случае на цифру?

    МЕЛ. – Да, да, конечно. К сожалению. Опыт с пленкой был для этих детей замечательным, но, к сожалению, сейчас доминирует цифра.

КТ. – Следующий вопрос заключается вот в чем: конкурс называется «Снимай как Мельес». Вы думаете, возможно снимать как Мельес, ведь сейчас полностью изменилась природа носителя – пленку заменила цифра?

    МЕЛ. – Безусловно, но я старалась подходить к оценке не с точки зрения носителя, а исходя из духа фильмов. Важно не то, на какой носитель снято фильм, а то, насколько автор понял дух задачи. И тот, кто понял его лучше других, может снимать все что угодно.

КТ. – Почему я спрашиваю об этом: в январе я говорил с Седриком Хименесом, режиссером «Французского транзита», и он настаивал на том, что будет снимать только на пленку.

    МЕЛ. – Вот с этим я не совсем согласна: думаю, что надо жить в ногу со временем. Для меня очевидно, что если бы Мельес жил сейчас, он бы с удовольствием снимал бы на цифру. Что касается пленки, то она безусловно имеет особую зернистость, и если вы, как автор, хотите иметь такое изображение, то надо снимать на пленку. А в других случаях это совсем необязательно.

КТ. – Да, но представим, что цифра уже существовала во времена Мельеса. И в этом случае, как мне кажется, он не смог бы изобрести многие из тех трюков, как, например, остановка камеры, ведь это произошло случайно, из-за механической поломки камеры. Как вы думаете?

    МЕЛ. – Возможно, хотя не стоит забывать, что Мельес работал у своего отца, производителя люксового обуви. Он всегда имел дело с механизмами, и руки у него росли из правильного места. И он был очень изобретательным и пытался решать задачи, исходя из того, что у него на тот момент было под руками. К тому же пленка создавала ему очень много проблем: она была слишком чувствительной к зеленых и желтых лучей, ее было довольно трудно проявлять и так далее. То же я думаю, что если бы он имел в руках цифровую технику, он бы работал с ней. Конечно, я только предполагаю: к сожалению, мы не можем спросить мнение самого Мельеса.

КТ. – А аудитория, которая приходит на ваши спектакли, преимущественно какого возраста?

    МЕЛ. – Она менялась в течение времени: сначала это были люди в возрасте, которые еще помнили ту эпоху, знали фильмы Мельеса. А потом по всему миру стали открываться синематеки, кино (история и искусство) стали преподавать в школах и колежах, и аудитория постепенно помолодела. Нынешние молодые люди ловят все на лету, им не надо разжевывать, но им кино Мельеса очень нравится. Однажды парень в фуражке с козырьком назад и в широких штанах, выйдя с нашего показа, сказал мне: «Да, Мельес – это МММ». А я ему: «Ты говоришь о конфетах?» А он отвечает: «нет, Нет, я говорю о Моцарта, Мольера и Мельеса». Я была поражена, но это правда: Моцарт популяризировал классическую музыку, Мольер писал и ставил пьесы в театре, а не в замках знати, а Мельес сделал то же по отношению к кинематографу.

КТ. – А с вашей точки зрения, в чем заключается главный вклад вашего деда к кинематографу?

    МЕЛ. – В первую очередь – это трюки как принцип, ведь их и до сих пор ежедневно используют и в кино, и на телевидении. Во-вторых, Мельес является первым постановщиком в кино, он был первым, кто систематически занимался постановкой собственных фильмов. И в-третьих, это его жажда к экспериментированию – он работал во всех жанрах: военном, историческом, фантастическом и так далее. И современные режиссеры, называя его «отцом кинематографа», вполне правы.

КТ. – Можно даже сказать, что он – отец кино как искусства.

    МЕЛ. Так, он называл это кинематографическим искусством. И он всегда считал себя художником, артистом, о чем свидетельствуют его письма. Он не говорил: «Я кинематографист, я актер, как фокусник». Он говорил: «Я – художник».

КТ. – Что ж, думаю, на этой оптимистической ноте мы и завершим нашу беседу.

    МЕЛ. Да, спасибо. А оптимизм нужно сохранять всегда.

КТ. 0 Было приятно с вами познакомиться.

    МЕЛ. – Мне тоже. И до встречи – ведь я еще вернусь сюда.

Марі-Елен Леріссі: Я маю особливу ніжність до України

Источник

Добавить комментарий