Пьер Сальвадоре: Зритель — не заложник эмоций

 П’єр Сальвадорі: Глядач - не заручник емоцій

19 января 2015 года во время 17-х «встречи с французским кино» в Париже корреспондент портала kino-teatr.ua встретился с режиссером меланхолической комедии «Женщина на дворе» Пьером Сальвадори и поговорил с ним не только о его последний фильм. Результат этого разговора и предлагается вниманию уважаемого читателя.

КТ. – Итак, первый вопрос. «Женщина на дворе» — не совсем типичный для вас фильм. Предыдущие ленты были скорее комедиями, да и этот вроде тоже комедия, но более печальная. Почему вы, как говорится, решили изменить регистр?

ПС. – В 1995 году я снял ленту «Ученики», которая в то время получила зрительское признание, и она была снята в похожей тональности. Это была довольно меланхоличная хроника одного парня, который сходил с ума в следствие тяжелой депрессии. И играли Франсуа Клюзе и Гийом Депардье. И съемки «Учеников» стали для меня опытом и сильным, и очень тяжелым, ведь рассказ там строилась линейно. Но, как оказалось, это очень задело зрителей, и даже работая над комедиями, которые меня очень интересуют (ведь на меня сильно повлияли американская комедия 40-х годов прошлого века и французский театр 18-19 века, например Мариво), меня тянуло к такого рода фильмов. Я сделал 3-4 фильма в фарсовій форме, выстроенных на разного рода недоразумениях, с выраженным действием, но и они были достаточно поэтическими и абстрактными. То есть определенное событие, недоразумение, ложь вызвали к жизни комическую трагедию. А потом возникло желание вернуться к другой форме кино. Да, мои фильмы «Только после вас», «Роковая красотка» и «Случайный роман», которые строятся на персонажах озабоченных, депрессивных, с тягой к самоубийству. То есть сюжеты всегда были достаточно драматичными, но трактовались они со значительной долей легкости, с неожиданными сюжетными ходами. Потом у меня снова возникло желание обратиться к кино другого рода, которое могло бы задеть чувства зрителей более прямым способом. Но здесь надо было действовать со всеми возможными оговорками, ведь в кино так просто растрогать зрители, а, следовательно, и способ, которым это достигается, должен быть весьма продуманным и деликатным. Зрителя нельзя делать заложником той или иной эмоции. И я решил обратиться к более лобового способа повествования, более простом, и это было почти формальной необходимостью.

КТ. – Возвращаясь к Гийома Депардье: я где-то читал, что рабочим названием «Женщины на дворе» был «Гийом». Вы это сделали на уважение младшего Депардье?

ПС. – Так-так. Вы знаете, это довольно странно: Антуан, персонаж фильма, был своего рода сосредоточением меня и Гийома, нашего богатого совместного опыта всех лет совместной работы, очень крепкой дружбы. У Гийома был поезд до ухода, на грани самоубийства, а иногда он был необычайно добрым и великодушным, удивительно интеллигентным человеком с прекрасной интуицией. И персонаж Антуана определенными своими чертами мог бы быть похожим на него, поэтому сначала я назвал его Гийомом, чтобы быть уверенным, что я буду любить его вопреки всему. И фильм некоторое время назывался «Гийом», но потом я подумал, что это слишком лобовая название, ведь фильм все же не про младшего Депардье, и я не хотел, чтобы во Франции он именно так и воспринимался. И я назвал своего героя Антуаном, как делаю всегда, когда персонаж этот чем-то обеспокоен, имеет какие-то фобии или находится в депрессии.

 П’єр Сальвадорі: Глядач - не заручник емоцій

КТ. – Это как-то связано с Антуаном Дуанелем у Трюффо?

ПС. – Нет-нет, просто у меня двойное имя – Пьер-Антуан. А когда мой хороший друг, тоже кинематографист, сказал мне, что в фильмах надо говорить о себе, оставлять в них частичку себя. И чтобы не забывать этот совет, я называю своих персонажей Антуаном.

КТ. – Но это все равно похоже на Трюффо и Дуанеля.

ПС. – Да, конечно, Антуан Дуанель – альтер эго Трюффо. Я просто хотел подчеркнуть, что имя «Антуан» — это не дань уважения Трюффо и его герою. Это тот самый процесс, который лежит в основе, но не более.

КТ. – Ясно. А что касается Гюстава Керверна, который имеет большой режиссерский опыт, но до этого вашего фильма не играл больших ролей, — с ним у вас не было проблем на площадке?

ПС. – Никаких. Во-первых, думаю, что на данный момент он решил посвятить себя актерству и немного отдохнуть от режиссерского ремесла. К тому же он целиком положился на меня, доверял мне, то я редко видел актера, который бы так хорошо меня понимал. Думаю, актер, который бывал на месте режиссера, знает, насколько ему тяжело и пытается облегчить ему жизнь. Да и Катрин просто вжилась в своего персонажа, мне оставалось только вносить маленькие поправки. Вообще, я называл ее своим «якорем»: она глубоко проникла в суть своей героини, она знала ее, как саму себя, и таким образом она стала для меня своего рода ориентиром, знаком того, как надо держать кадр, как не ошибиться в создании нужной атмосферы фильма. То же самое я могу сказать и о Гюса: мне было с ним очень комфортно работать, и очень просто. То же актеры-режиссеры, когда они играют в фильмах коллег, становятся преданными и очень ценными союзниками режиссера.

КТ. – А вы писали сценарий, уже ориентируясь на Гюстава и Катрин?

ПС. – Я думал о Катрин. Время от времени я разговаривал с ней по телефону, она меня очень поддерживала и то время, когда мой последний фильм не имел успеха, но лично ей он понравился. Она говорила о нем с большим пониманием и восторгом, чем меня очень тронула. К тому же я просто в восторге от ее карьеры, я знал, что она очень часто поддерживала актеров и режиссеров. Снять фильм, который отличается от тренда, очень трудно, и в таком деле иметь Катрин в числе своих сообщников очень важно. Ее присутствие в кастинге придает фильму больший размах. То же Катрин – очень важный союзник. И к тому же его интеллектуальное участие в процесс еще до съемок продолжается и на площадке. Ты чувствуешь, что она всегда рядом, всегда готова помочь, с ней никогда не было никаких конфликтов. То же Гюс и Катрин обеспечили мне на площадке невероятную роскошь – абсолютный покой.

КТ. – А съемки длились долго?

ПС. – 9 недель.

КТ. – А трудно было смонтировать проект?

ПС. – Нет, не очень, но тяжелее, чем мои предыдущие фильмы, которые были чистыми комедиями. Но присутствие Катрин и тот факт, что большинство моих предыдущих лент имели успех, обеспечили мне необходимый уровень доверия.

КТ. – А «Женщина на дворе» имела успех здесь, во Франции?

ПС. – Да, достаточном для фильмов этого рода. Его нельзя сравнивать с той же «Роковой кралечкою».

КТ. – В очередной раз сошлюсь на французскую прессу: я где-то читал, что в случае с «Женщиной на дворе» вы сознательно отказались от большого бюджета. Почему? Потому что большие деньги накладывают какие-то лишние ограничения?

ПС. – Нет, потому что я думаю, что отправная точка любой постановки – это бюджет. Я уверен, что некоторые фильмы не требуют больших затрат, это не имеет смысла. Я знал, что «Женщина на дворе» не соберет миллионы зрителей, и решил попытаться снять ее просто и за соответствующие деньги – моральной точки зрения. Для меня это очень важно – точное соответствие бюджета и полученного результата: в одних фильмах чувствуется избыток денег, а другим немножко больший бюджет помог бы стать более значимыми. Например, фильм о двух бомжей с огромным бюджетом делает это произведение просто неприличным, ведь большой бюджет вступает в прямое противоречие с сюжетом и моралью фильма. То же я постоянно говорю об этом со своими продюсерами, и, к тому же, я не хочу снимать фильмы, которые заранее станут провалами с финансовой точки зрения. И если однажды я поступлюсь этим правилом, это будет началом невесть чего и концом ответственной работы – драматургической и постановочной.

КТ. – А вы уже готовите следующий проект?

ПС. – Да, почти закончил писать сценарий нового фильма, который вновь будет комедией, но очень и очень странной. Но не буду углубляться в детали.

КТ. – А вы уже знаете, кто там будет играть?

ПС. – Нет, исполнителей главных ролей я еще не знаю. Могу только сказать, что там будет играть Пио (Мармаї, который исполнил роль футболиста-наркомана в «Женщине на дворе»). А так я впервые в карьере не знаю, кто сыграет главных героев. Но снимать меня в июне или июле, то же у меня осталось не так много времени.

КТ. – Что ж, спасибо за интервью и до скорых встреч.

 П’єр Сальвадорі: Глядач - не заручник емоцій

Источник

Добавить комментарий